INFONKO.RU

Вводная лекция (№ 1): Общество и его развитие

Человек не может существовать сам по себе, но только в составе общества. Происхождение человека – то был, по сути, процесс происхождения общества, превращения обезьяньего стада в коллектив первобытных людей, совместно занятых трудом. В процессе труда, т. е. в процессе воздействия на природу при помощи орудий труда для получения необходимых жизненных благ, наш древний предок не просто превратился в человека современного вида – человека с развитыми руками и мозгом, способного мыслить и говорить. В этом процессе от природы обособилась специфическая часть материального мира – общество, являющееся, таким образом, исторически развивающейся формой жизнедеятельности людей.

Понять «общество» (в широком смысле слова) можно лишь в его развитии, в закономерной исторической смене форм его устройства, этих определённых «общественных ступенек», на которые последовательно поднимается человечество, двигаясь от первобытного общества (здесь уже – общества в узком, конкретном смысле как определённого типа общества) через рабовладельческое, феодальное и капиталистическое общества к обществу будущего – к коммунизму.

При этом примитивным и ошибочным является представление, характерное для домарксовой социологии, будто общество есть совокупность (простая «сумма») индивидов, объединившихся для удовлетворения каких-либо интересов и т.п. Нет – как показал Маркс: «Общество не состоит из индивидов, а выражает сумму тех связей и отношений, в которых эти индивиды находятся друг к другу» [здесь и чуть ниже выделено мной – К. Д.]. И в другом месте Маркс формулирует свою мысль так: «…Общество, т.е. сам человек в его общественных отношениях».

Связи и отношения людей суть именно то, что отличает общество от всех иных систем материального мира. Общественные отношения – в основе коих лежат производственные отношения, те, в которые люди объективно и с необходимостью вступают в процессе общественного производства и движения продукта труда от производства до сферы потребления. «Объективно и с необходимостью» означает, что люди вступают в эти отношения независимо от своего желания (хочу – не хочу), помимо и порою даже против своей воли. Пролетарий – человек, не имеющий своих собственных средств производства, к которым он мог бы самостоятельно приложить труд, – вынужден наниматься на работу к капиталисту, владельцу необходимых для совершения процесса труда средств производства. Иначе он, пролетарий, если даже и не умрёт с голоду, то, по меньшей мере, будет влачить жалкое существование бомжа. Вот так и возникает в нашем обществе – объективно и с необходимостью – отношение эксплуатации пролетариата классом капиталистов, порождаемое частной собственностью на средства производства, что концентрируются в руках немногих.



Производительные силы (средства производства – машины, производственные здания и, вообще, всё то, что используется людьми в процессе производства, плюс сами люди, работники с их знаниями и навыками) и производственные отношения составляют две неразрывные стороны общественного производства, образуя этим основу, фундамент всякого общества. Определённые, объективно сложившиеся на данном уровне развития производительных сил производственные отношения – это тот базис, на котором вырастает соответствующая ему политическая, юридическая и идеологическая надстройка. Надстройка, соответствующая экономическому базису – и оберегающая его, защищающая его от «нападок» тех групп, классов людей, в чьих интересах разрушить, заменить существующий базис (а при капитализме это – пролетариат, заинтересованный в избавлении от оков наёмного рабства).

По Марксу, производственные отношения как раз и «образуют общество, находящееся на определённой ступени исторического развития, общество с своеобразным отличительным характером». То есть, производственные отношения определяют «всё остальное», определяют своеобразие того или иного общества, всю систему, или «сеть», многообразных отношений людей. Все отличия – в идеологии, юриспруденции, морали и прочем – современного нам буржуазного общества от, скажем, рабовладельческого проистекают, в конечном счёте, из того главного факта, что ныне абсолютно преобладает наёмный – а не рабский – труд. Что рабочий сам продаёт свою рабочую силу, сам отдаёт себя в «наёмное рабство».

Каковы производственные отношения, таковы существующее государство, его политика и законы, господствующая мораль, представления людей о мире, обществе, семье и о самом человеке, и всё прочее-прочее-прочее. Если мы живём в буржуазном обществе, основанном на эксплуатации наёмного труда капиталом, то над нами стоит буржуазное государство, защищающее интересы капиталистов и давящее классовую борьбу пролетариата. В таком обществе издаются законы, оберегающие всевластие капитала и закрепляющие отношения эксплуатации; оно неизбежно пронизано моралью, присущей буржуазии, с её эгоизмом и рвачеством, с её принципом «человек человеку волк», с её презрением к человеку труда и культом богатства и «успешности» любой ценой – за счёт других, в ущерб остальным.

Чтоб устранить всю эту царящую несправедливость и бесчеловечность, бессмысленно пытаться «улучшать» существующий государственный аппарат (борьба с «гидрой коррупции» – излюбленное занятие нашей псевдооппозиции!), принимать «правильные» законы, проповедовать «истинную» мораль. Для этого необходимо сменить экономический базис, низвергнув нынешнее экономическое и политическое господство буржуазии и передав средства производства в руки тех людей, кто своим трудом создаёт для всего общества материальные и культурные ценности. А вместе с этим, всенепременно нужно сломать, смести ту политическую надстройку во главе с лицемерно-демократическим буржуазным государством, что, словно сторожевой пёс, защищает экономический строй наёмного рабства.

Марксизм отвергает абстрактные буржуазные рассуждения об «обществе вообще», равно как и о «человеке вообще». Напротив, марксизм требует анализа конкретного (вернее даже – конкретно-исторического) общества, основанного на определённой системе производственных отношений, объективно складывающегося на той или иной ступени развития человечества, на некотором достигнутом уровне развития его производительных сил, что обусловливают производственные и, в конечном итоге, все общественные отношения. Отсюда марксизмом было введено фундаментальное понятие общественно-экономической формации (ОЭФ).

Там, где раньше историческая наука видела лишь нагромождение разного рода событий – оснований и падений государств, царствования монархов и издания правителями законов, войн и восстаний и проч., – там марксизм сумел найти и выделить «нить» закономерного, прогрессивного, восходящего развития общества. Оно, сие развитие, представляет собою последовательную смену ОЭФ (конкретных обществ со своим «своеобразным отличительным характером»): первобытный строй, рабовладельческий строй, феодализм, капитализм и, в итоге, коммунизм.

Формации последовательно сменяют друг друга постольку, поскольку старые производственные отношения на некотором этапе перестают соответствовать достигнутому уровню развития производительных сил, «исчерпывают себя», требуют замены на новые производственные отношения, соответствующие новым производительным силам и обеспечивающие оттого их дальнейший рост. (Вот и коммунисты обосновывают необходимость замены капитализма коммунизмом именно исчерпанием возможностей первого – о чём красноречиво говорит усиление и растущее обострение всех кризисных явлений капиталистического хозяйства.)

Приведённая выше схема смены ОЭФ вызывает в науке споры. Существует, например, мнение, что в качестве особой ОЭФ следует выделить т.н. «азиатский способ производства» (Древний Египет, Вавилон и т.п.), противопоставляемый развитому, классическому – античному – рабовладению. Но это не суть важно. Это уже детали, частности. Важно увидеть главное – магистральную прогрессивную линию развития человечества: от бесклассового первобытного общества – через общества, основанные на частной собственности и присвоении прибавочного, т.е. произведённого сверх необходимых жизненных потребностей непосредственных производителей, продукта их труда; общества, разделённые, соответственно, на антагонистические (непримиримые, с противоположными материальными интересами) классы эксплуататоров и эксплуатируемых, – к бесклассовому, основанному на общественной собственности коммунистическому обществу.

«Коммунизм» уже существовал на Земле. Более того, из примерно 40–50 тыс. лет, что существует человек разумный (пару миллионов лет существования человека прямоходящего, мастерящего себе орудия труда, брать в счёт не будем), почти 90 % сего времени люди жили именно при «коммунизме»! Ведь чётко обозначенная частная (храмовая, «вельможеская» и проч.) собственность, разделение на классы, государство и все его атрибуты появились в Древнем Египте и Шумере где-то в 4-м тысячелетии до нашей эры. Ну, предположим, пару тысяч лет до того занял процесс разложения родовой общины, постепенного вызревания частной собственности и имущественного расслоения людей на «богатых» и «бедных» – но перед этим до ледникового периода и после него тысячи лет царил первобытнообщинный строй! Строй, часто определяемый как «первобытный коммунизм».

Слово «коммунизм» в отношении к нему взято в кавычки, поскольку то был коммунизм неразвитый, примитивный, «убогий», «пещерный», проистекавший не из развитости и могущества производительных сил, не из разумного господства человека над природой, изобилия жизненных благ (на чём основан будет грядущий, «настоящий» коммунизм), – но, напротив, из примитивности орудий труда, слабости знаний, ужасающего невежества людей, их бессилия перед жестокой природной стихией, из острой нехватки самых насущных жизненных средств. Для выживания в тех условиях нашим далёким предкам были объективно необходимы коллективизм, уравнительное распределение продуктов (если кто-то потребит больше остальных, с голоду попросту умрёт его сородич!), абсолютное подчинение интересов отдельного человека интересам всего коллектива (рода).

Исследования первобытного общества на примере «диких» народов Америки, Африки, Австралии, проведённые в XIX веке такими замечательными учёным, как Льюис Морган (он долгие годы прожил среди индейцев ирокезов) или наш Николай Миклухо-Маклай, убедительно опровергли сказки буржуазной науки о некоей «природе человека», которому якобы врождённо присущи индивидуализм, эгоизм, стремление к наживе и господству над другими людьми, и т.п. (На этой «научной основе» буржуазные идеологи и «опровергают» коммунизм как «неосуществимую утопию», не совместимую с «природой человека», увековечивая таким способом капитализм со всеми его мерзостями, включая захватнические войны. На этой же почве произрастают расизм, фашизм и прочие человеконенавистнические идеи.)

Однако не было указанных выше качеств у человека изначально! Не было и в помине никаких «частнособственнических инстинктов», «воли к власти» и прочей буржуйской бредятины, что возносится на всех уровнях интеллекта – от хлещущих пиво скудоумных обывателей до утончённо-интеллигентствующих поклонников Ницше и всяких новомодных философов! Яркий пример экономических отношений и психологии людей в первобытном обществе, опровергающий начисто россказни о «врождённой природе человека», приведён Ч. Дарвином в его записках, сделанных во время кругосветного путешествия на судне «Бигль». На острове Огненная Земля аборигенам подарили кусок холста, и те тут же разорвали его на совершенно равные части, чтобы всем досталось поровну! Вот она: «изначальная природа человека»!

На самом деле, пресловутая «природа человека», о которой разглагольствуют защитники буржуазного строя, есть не что иное, как природа буржуазного человека, с малолетства воспитанного в системе товарно-денежных отношений и им соответственных ценностей; воспринимающего эти отношения и ценности, в связи с условиями своего воспитания и каждодневного вовлечения в сии товарно-денежные отношения, как «естественные» и единственно возможные. Узость кругозора не позволяет такому индивиду проследить вопрос исторически, т.е. проследить его «от колыбели и до гроба», увидев корни явления, его возникновение, эволюцию и неизбежное – в силу действия объективных всеобщих законов развития, законов диалектики – неизбежное его разложение, «увядание» и исчезновение.

Те отношения, о которых мы здесь говорим и которые обусловливают сугубо буржуазные представления о человеке, – эти отношения возникли на определённом этапе развития человечества и воспроизводились во многих поколениях людей, прочно закрепившись оттого в их сознании. Однако по достижении некоторого более высокого уровня развития они уничтожатся, после чего отомрут, хоть и не сразу, сохраняясь ещё долго в виде пережитков, обусловленные ими представления и мотивы поведения. Это – неминуемо. Так произошло, например, с воззрениями людей, живших при рабовладельческом строе, которые тоже ведь полагали «нормальным», «естественным», «само собой разумеющимся» продавать рабов (за людей даже не считавшихся!) на рынке и принуждать их трудиться «из-под палки»!

Конечно, «возвращение к коммунизму», но только на несравнимо более высоком витке «спирали» человеческого развития (в соответствии с диалектическим законом отрицания отрицания), утверждение в обществе коммунистических отношений, коммунистической морали, коммунистических (подлинно научных!) представлений о мире и человеке – это процесс долгий и многотрудный, который при самом оптимистическом раскладе займёт, увы, многие поколения людей.

Для его осуществления нужно, прежде всего, свергнуть господство капитала, ликвидировать частную собственность на средства производства и эксплуатацию человека человеком, передать в ведение общества средства массовой информации – этот аппарат, ныне служащий делу обмана, оболванивания, морального развращения народных масс. Только после этого революционного акта сделается возможным построение нового общества, новых отношений, формирование нового человека. Начнётся переходный этап от капитализма к коммунизму – социализм, который Маркс правильно называл первой фазой коммунизма. Переходный этап, когда вроде бы уже есть коммунизм (ибо средства производства принадлежат всему обществу, планомерно функционируя и развиваясь на благо его), однако при этом всё ещё сохраняются «родимые пятна» капитализма: «рабское отношение» людей к труду, стремление многих из них «отлынивать» и «халтурить», жить за счёт ближнего своего и «тащить, что плохо лежит»; необходимость вследствие всего этого строго контролировать меру труда и меру потребления («каждому по труду»), и т.д. и т.п.

Далее, будет необходимо, опираясь на преимущества планомерного развития экономики и стимулы освобождённого от эксплуатации труда, всячески развивать производительные силы, поднимать продуктивность труда, наращивать выпуск многообразных продуктов потребления, расширять возможности для культурного развития граждан, сокращать рабочий день и увеличивать свободное время, нужное для всестороннего обогащения личности и полноценного участия в жизни общества. Иными словами: будет решаться цель максимального удовлетворения растущих в ходе исторического развития материальных и культурных потребностей людей. Эта цель выступает основным экономическим законом коммунизма, который противостоит основному экономическому закону капитализма – стремлению того к максимальной прибыли, к безудержной наживе – и, в конечном итоге, определяет все преимущества коммунизма перед капитализмом, реализуемые, однако, в полной мере лишь на определённом очень высоком уровне развития производительных сил.

Как раз в наше время, в эпоху НТР и информационной революции, по сути, закладывается система производительных сил, способных решить высокие задачи, которые ставит коммунизм, став его прочной материальной опорой. Заводы-автоматы, роботы, искусственный интеллект; супер-ЭВМ, выполняющие самые сложные вычислительные задачи и осуществляющие управление комплексами оборудования; компьютерные сети, обеспечивающие доступ ко всем накопленным человечеством знаниям и чрезвычайно облегчающие управление экономикой вплоть до масштабов всего человечества; нано- и биотехнологии – всё это капитализм, как показывает практика, всё более не способен «переварить» и использовать во благо человечества, на решение его наболевших проблем. Это сделает только коммунизм.

Только коммунизм, развивая дальше производительные силы, заложенные капитализмом, покончит с голодом и излечимыми болезнями, обеспечит каждого человека, а не одну лишь кучку жирующей «элиты», полноценным здоровым питанием, комфортным жильём, эффективной медициной, возможностями для отдыха, досуга, путешествий, занятий спортом и всевозможным творчеством.

По сути дела, необходимость товарно-денежных отношений, опять же, объявляемых буржуазными экономистами «неустранимыми», проистекает из недостатка жизненных благ. Уровень производства не позволяет удовлетворить полностью запросы всех людей, из-за чего необходим товарно-денежный механизм распределения производимого обществом продукта. Через посредство денег человек обменивает продукт своего труда на эквивалентный продукт труда других людей, всего общества. И в этом механизме уже заложена возможность «неэквивалентного» обмена, возможность эксплуатации наёмного труда, возможность капитализма: заложена возможность накопления на одном полюсе средств производства и жизненных средств, превращаемых в капитал; а на другом полюсе – отсутствие оных средств, заставляющее неимущего пролетария продавать свою рабочую силу.

Социализм, как первая (низшая) фаза коммунизма, отменяет эксплуатацию, но не отменяет ещё формы товарно-денежных отношений. Эти формы, хоть и в сильно преобразованном виде, с принципиально иным содержанием, сохраняются – и в этом, кстати, заложена возможность реставрации капитализма (что и произошло в СССР!). Чтобы покончить и с ними, чтобы перейти к принципу коммунизма – «От каждого по способностям, каждому – по потребностям», нужно полностью «насытить» общество всеми нужными ему благами, достичь их изобилия. С тем чтобы каждый человек мог взять всё, что ему нужно и в нужных количествах, с общественных складов, разумеется – безо всякой «оплаты». Это и будет полный коммунизм, вторая, высшая его фаза: без денег, без контроля над мерой труда и мерой потребления; без государства, которое неизбежно, даже при самой широкой демократии, ограничивает свободу личности и осуществляет насилие над людьми. Тогда уже не будут нужны ни деньги, ни контроль, ни государство, ни даже демократия – и тогда (и только тогда!) они попросту отомрут за ненадобностью.

Естественно, защитники существующего строя станут высмеивать эти мои слова, издеваться над ними, обзывать их утопией, ссылаясь, снова-таки, на «природу человека», коему якобы присущи жадность, влечение к роскоши и беспредельно-ненасытное «потребительство». Но это, опять же, – качества буржуазного индивида, который, мы видим, потребляет всё более не ради удовлетворения действительных потребностей здорового организма и просвещённой души, а для «показухи», чтобы продемонстрировать окружающим свою «крутизну», чтобы таким убогим способом самоутвердиться в обществе таких же самодовольно-тупоумных уродов-обывателей.

Такого рода «потребление ради потребления», «сверхпотребление», или, выражаясь совсем уж грубо, «потреблятство», ведёт к деградации человечества и разрушению естественной среды его обитания. Такому потреблению давно пора поставить край – что и сделает рано или поздно коммунизм, утверждающий другую систему ценностей: разумное потребление материальных благ ради удовлетворения естественных потребностей, приоритет удовлетворения культурных и духовных запросов, тяга к знаниям и красоте, здоровый образ жизни, бережное отношение к природе. Такие ценности будут внедряться в общественное сознание параллельно подъёму общественного производства и достижению изобилия благ, укореняться в ходе систематической воспитательной работы социалистического государства.

…Отличие марксизма от предшествовавшего ему утопического коммунизма в том, что он не выдумывает, не конструирует искусственно «идеальный образ будущего». Коммунизм выводит его – лишь в самых общих чертах, без излишней детализации и «влезания» в футуристические фантазии и пустопорожние мечтания – из исследованных закономерностей развития общества, из самой логики этого развития. Марксистская наука об обществе – наше верное оружие борьбы против буржуазных домыслов, против буржуазного оболванивания трудящихся сказками о безоблачном «капиталистическом завтра» и «страшилками» о коммунизме.

Наукой этой и оружием надобно овладевать – чтобы бороться с противником, чтоб научиться не просто понимать «общество», но целенаправленно, сугубо на научной основе его изменять, преображать, спасать от уничтожения варварством капитализма, если хотите, ибо вопрос всё яснее и острей ставится в этой плоскости.

Коммунист всегда должен помнить, что целью всего, что он делает, – целью того, что он читает, изучает, пишет, борется и воюет, если надо – с оружием в руках, является коммунизм. Именно: коммунизм на его высшей фазе, пусть он и кажется сегодня бесконечно далёким и «невозможным». Да, мы коммунизма не увидим, и дети-внуки-правнуки, скорее всего, тоже не увидят. Но если не ставить вопрос так, ограничиваясь одной лишь программой-минимум, борьбой за «социализм» или, того хуже, за какие-то мелкие подачки-уступки со стороны буржуазии, – такая борьба не имеет смысла. Её можно оставить социал-демократам. Это – их «рыночная ниша».

Нас же наука марксизма; изученная, исследованная, понятая логика развития общества заставляет бороться за коммунизм – вопреки даже наблюдаемой нынче картине «опущенного в средневековье» общества, в коем «коммунизма и не видно».

Впрочем, он есть, коммунизм! Есть уже здесь и сейчас! Ибо коммунизм – это не только общество будущего, за которое мы боремся, но и, как отмечали Маркс и Энгельс, само движение к нему. Движение, которое, наперекор всему и вопреки всем, невзирая на все поражения и неудачи, пробивает дорогу в это самое будущее. И чтобы направить оное движение в правильное русло, хоть немного ускорив его, нужно, конечно же, пропагандировать, где только это возможно, и разъяснять науку марксизма. Указанной цели служит начинаемый Институтом проблем социализма курс популярных лекций, рассчитанных, прежде всего, на молодых коммунистов.

Август 2013 года

Лекция № 2. Государство

Суть политики – в том, чтобы завоевать, удержать (поскольку завоевать её – только лишь полдела!) и использовать в интересах своего общественного класса государственную власть. К этому стремятся и этим занимаются все политические партии – как буржуазные партии, так и партия коммунистическая, представляющая и выражающая интересы рабочего класса (пролетариата) и всех трудящихся.

Соответственно, все партии, участвующие в политической борьбе (т.е., иными словами, участвующие в борьбе за власть), должны вырабатывать и проводить в жизнь своё отношение к существующему государству, а также вырабатывать своё видение государственного строительства после прихода к власти.

Вопрос же о том, что такое государство, для чего оно существует и чему оно служит, – вопрос этот сам по себе очень сложный и вдобавок всячески запутываемый буржуазной пропагандой. Так что и многие коммунисты запросто попадают в расставленные идеологические ловушки, проявляя полное непонимание данного предмета. Вот мы и попробуем внести в этот вопрос ясность и понимание.

Начнём с того, что следует различать понятия «страна» и «государство». На каждом углу эти понятия смешиваются, отождествляются и путаются. Но «страна» и «государство» суть разные вещи. Страна – понятие чисто географическое. Это – некоторая территория со своими природно-географическими особенностями, на которой проживает некоторый народ (нация), ведущий своё хозяйство (народное хозяйство), обладающий своим языком (языками), культурой, менталитетом и т.д.

Государство же – категория политическая. Государство есть орган классового господства – орган, политически реализующий и всячески защищающий интересы общественного класса, экономически господствующего в данной стране. А в нашей стране сегодня экономически и политически господствует класс буржуазии. Да фактически даже и не весь класс буржуазии, а всё больше лишь узкий слой крупной монополистической финансово-промышленной буржуазии, пресловутых олигархов.

Государственная власть представляет собой не что иное, как механизм руководства обществом со стороны господствующего класса, для чего и создаётся государственный аппарат – разветвлённая система органов государственной власти и государственного управления. При этом, как учит марксизм, осуществление государственной власти неразрывно связано с подавлением подвластных классов, с принуждением их к подчинению, с насилием (в тех или иных формах) над ними.

Итак, существующее государство – это буржуазное государство, государство, отстаивающее интересы буржуазии и, соответственно, подавляющее пролетариат, чьи экономические интересы прямо противоположны интересам «работодателей». И именно из понимания этого обязаны исходить коммунисты – выразители интересов эксплуатируемого рабочего класса – в своём отношении к существующему ныне государству. Это государство – наш враг, мешающий реализации нашей цели: освобождению труда от власти капитала, построению коммунистического общества.

Короче говоря, есть страна Украина и есть государство Украина. Мы живём в стране Украина, а на нас давит государство с тем же названием, его пробуржуазные законы, его обнаглевший чиновничье-полицейский аппарат, тесно переплетённый с банками, концернами и холдингами, – аппарат, помогающий буржуям наживаться за счёт народа и получающий от них «бонусы» и элементарные взятки. Коммунисты могут и должны быть патриотами своей страны, Украины, любить свою страну и свой народ, желать им счастья и процветания, бороться за это. Но коммунисты не имеют права любить, поддерживать и тем паче укреплять буржуазное государство Украина – существующее государство ахметовых, фирташей и порошенок.

А вот разномастные поборники существующего государства – политические агенты буржуазии, что рядятся в вышиванки «друзей народа», – говорят нам, коммунистам: «Вы против Украины? Да вы не патриоты, вы – враги своей страны и её народа!» И под влиянием таких речей некоторые нестойкие и малограмотные «коммунисты», не понимающие, что такое государство, не видящие отличия «государства» от «страны» (хотя, возможно, нередко и прямо подкупленные буржуазией!), вдруг становятся страстными «государственниками».

Буржуазия всегда стремилась навязать коммунистическому и рабочему движению свои представления о государстве – дабы разоружить рабочее движение, «приручить» его, поставить под свой контроль, превратив рабочие партии в часть своей политической системы, вовсе не опасную для неё. Именно в принципиальном вопросе о государстве ярче всего проявляется оппортунизм в рабочем движении. Оппортунизм – то бишь подчинение буржуазии в обмен на незначительные уступки и подачки рабочему классу, в особенности же – его привилегированным слоям (т.н. «рабочей аристократии»), а также профсоюзным и иным активистам, «пролезшим» в представительские органы буржуазного государства, «введённым» в его аппарат.

Оппортунизм – сиречь отказ от программных целей коммунистического движения, забвение стратегии в угоду каким-то сиюминутным тактическим задачам, отказ от революции в пользу половинчатых реформ, а в итоге – предательство коренных интересов рабочего класса ради сомнительных «достижений» типа частичного «вхождения во власть» (неминуемо в роли прислужников буржуазии).

По такому пути ещё на рубеже XIX и XX столетий пошли старые социал-демократические партии Западной Европы, вскоре полностью отказавшиеся от марксизма и вообще от борьбы за подлинное преобразование общества. По другому пути пошли российские большевики, совершившие Октябрьскую революцию – эту первую в мировой истории, пусть, к сожалению, и не во всём, вернее – не до конца, успешную, попытку построить новое общество без эксплуатации и угнетения.

Совершили революцию – потому что В. И. Ленин и его соратники решительно выступили против оппортунизма, отстояли принципы марксизма, выработав на этой почве верную стратегию и тактику политической борьбы. Добившись на этой основе победы – свержения всевластия буржуазии. Тогда как западные социал-демократы, приходя нередко к власти в буржуазных государствах, пусть (мы с этим не спорим!) и сумели заметно поднять уровень жизни западных трудящихся, но ни в коей мере при этом не покончили с господством буржуазии, с эксплуатацией и угнетением, с основами основ буржуазного строя и несправедливых капиталистических порядков. Не покончили – мы это видим и в последние годы всё больше в этом убеждаемся – с экономическими кризисами и войнами, с противоречиями капиталистического способа производства, с «гноящими язвами» буржуазного общества, со всеми теми многообразными разрушительными процессами, которые всё равно неуклонно и неумолимо ведут буржуазную цивилизацию к загниванию, упадку и гибели.

Так что нашим путеводителем и сегодня остаётся небольшая книжечка В. И. Ленина «Государство и революция» – с подзаголовком:«Учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции» [ПСС, 5-е изд., т. 33, с. 1–120]. В ней Ленин не просто изложил марксистскую теорию государства, но восстановил её, очистив от искажений и извращений, что были привнесены западной социал-демократией (Бернштейном, Каутским и прочими). Дал бой – что крайне актуально и сегодня, сто лет спустя – «оппортунистическим предрассудкам о “государстве”».

Книга была написана Лениным в августе – сентябре 1917 года, в подполье, в Разливе и Гельсингфорсе (ныне Хельсинки, тогда в составе России) – была написана накануне приближавшейся социалистической революции. «Явно нарастает международная пролетарская революция. Вопрос об отношении её к государству приобретает практическое значение», – отмечал Ленин в предисловии. То есть в той политической обстановке, в обстановке ускоренного империалистической войной вызревания революционной ситуации в России и ряде других воевавших стран, указанная работа имела не только теоретическое, но и в ещё большей мере практическое значение: партии большевиков требовалась разработка научно обоснованного плана завоевания и удержания государственной власти.

Хотя опубликована книга была уже после октябрьской победы – в 1918 году. Более того, вовлечённость Ленина в практическую деятельность по руководству революционным выступлением и, далее, работой Советского правительства не позволила ему завершить этот труд – последняя, седьмая, глава, обобщающая опыт русских революций 1905 и 1917 (февраль) годов, так и осталась ненаписанной…

Прежде всего, Ленин разбирает в книге вопрос о происхождении государства. «Государство – продукт непримиримости классовых отношений», – утверждает он. Государство возникло тогда, когда общество разделилось на антагонистические, т. е. непримиримо-противоположные, враждебные друг другу классы. Изначально это были рабовладельцы и рабы, затем – феодалы и крепостные крестьяне, нынче – буржуа и пролетарии. Экономически господствующий класс, владеющий основной массой общественного богатства (что самое важное – средствами производства) и тем или иным способом эксплуатирующий непосредственных производителей этого богатства, создаёт своё государство. Государство, именно: орган, классовый орган, призванный сильной рукой защищать эксплуататоров от эксплуатируемых, оберегать господствующее положение первых; составлять, проводить в жизнь и обеспечивать выполнение законов, писанных в пользу эксплуататоров; подавлять непременные попытки трудящихся освободиться, избавиться от цепей угнетения.

Для этого уже на заре цивилизации создавались подчинённые царю или фараону отряды вооружённых людей (армия), тюрьмы (чтоб усмирять смутьянов!) и чиновничий аппарат, занятый в первую голову сдиранием с «простых трудяг» податей (налогов) и повинностей – как экономической основы функционирования государства. Для того же ныне существуют – подчинённые президенту – полиция, службы безопасности, прокуратура, налоговые инспекции, многомиллионные корпорации чиновников, армия и прочее-прочее. Заметим здесь сразу, что армия выполняет две функции: внутреннюю (подавлять народ в случае его восстания, что, к слову сказать, лучше всего доверить профессиональной армии, наёмникам) и внешнюю (вооружённая защита интересов господствующего класса данной страны от посягательств господствующих классов – конкурентов, соперников ­– извне).

Если общество разделено на классы с противоположными экономическими интересами, то обязательно возникает и существует, функционирует государство. Буржуазия и пролетариат – как раз такие классы, их интересы противоположны. Ведь говоря упрощённо и грубо: чем больше буржуа выжмет прибавочного труда из рабочего, тем большую прибыль он получит; и наоборот: чем больше пролетарий «вырвет» путём экономической борьбы у своего «работодателя», тем меньше наживёт последний. Если ж пролетариат совсем освободится от гнёта капитала, ниспровергнет господство буржуазии, то она останется вообще ни с чем. Вот и стоит перед буржуазным государством главная цель: подавлять рабочее движение, предотвращать гибельную для буржуазии пролетарскую революцию, при этом по возможности обеспечивая своим капиталистам максимальные прибыли (в т. ч. и в противостоянии интересов буржуазии разных стран – защищая свою буржуазию, как это успешно делают США и Евросоюз, для чего используя не только мирные, но и военные средства, насаждая на планете выгодные западной олигархии порядки).

Конечно, сегодняшнее государство устроено гораздо хитрее и тоньше, чем, скажем, государство рабовладельческое, чья жестокая направленность против рабов и прочих людей труда была очевидна и неприкрыта. Ныне мы имеем, как-никак, и развитую демократию, и «равенство всех перед законом», и всевозможные свободы, и (особенно в богатых странах) систему социальной защиты нуждающихся. Оттого защитники существующего буржуазного государства (к коим относятся и некоторые «левые») доказывают, будто это государство носит надклассовый характер, служит интересам всего общества, выступает теперь уже орудием классового примирения.

На самом деле классовая – буржуазная – природа существующего государства лишь замаскирована, прикрыта. Буржуазное государство прошло достаточно долгую и сложную эволюцию, приспосабливаясь к требованиям времени и вырабатывая в связи с этим более тонкие, изощрённые – избавленные от крайних, «вопиющих» проявлений насилия – методы классового господства. Заметим, демократические свободы, всеобщее избирательное право – всего этого ведь не было на раннем этапе капитализма, и всё это фактически бы



infonko.ru/pasport-municipalnoj-podprogrammi.html infonko.ru/pasport-rabochej-programmi-uchebnoj-i-proizvodstvennoj-praktiki.html infonko.ru/passazhirskie-stancii-i-zheleznodorozhnie-uzli.html infonko.ru/passazhirskie-zheleznodorozhnie-soobsheniya.html infonko.ru/passenger-liners-in-the-20th-century.html infonko.ru/passionarii-garmonichniki-i-subpassionarii.html infonko.ru/passive-voice-stradatelnij-zalog.html infonko.ru/passivnaya-i-aktivnaya-rezistentnost.html infonko.ru/passivnaya-politika-zanyatosti-predusmatrivaet-materialnuyu-pod-.html infonko.ru/passivnie-i-aktivnie-fvch-vtorogo-poryadka.html infonko.ru/passivnie-operacii-centralnih-bankov.html infonko.ru/passivnie-poluaktivnie-i-aktivnie-metki.html infonko.ru/passivnie-vzaimosvyazi-mezhdu-schetami-i-balansom.html infonko.ru/passivno-pripasovannuyu-balku.html infonko.ru/passivnost-inertnost-izbeganie.html infonko.ru/passo-di-korvo-passo-di-corvo.html infonko.ru/passport-and-customs-control.html infonko.ru/pasta-salicilovo-cinkovaya-antisepticheskoe-vyazhushee-i-podsushivayushee-sredstvo.html infonko.ru/past-continuous-tense-past-progressive-tense.html infonko.ru/past-indefinite-past-simple.html